Неоклассическая музыка: ложка искусства в бочке развлечений

Чем больше музыки, тем меньше внимания. Чем меньше внимания, тем меньше проникновения в ту особую реальность, которую музыка создаёт. Небрежно проходясь по очевидным трендам десятилетий, проще всего отметить, что где-то там, в условном «раньше», фанаты придерживались моножанровости: проще говоря, любили музыку одного направления, а иногда и одного лейбла или даже артиста. В условном же «сейчас» — большинство любит музыку разную, в зависимости от настроения: совсем неудивительно, если сегодня ты слушаешь джаз, а завтра не родину продашь, а будешь с не меньшим удовольствием вникать в эмбиент, а потом — рок. Никто не уличит тебя в предательстве вкусов. Так уж повелось: много производится, много слушается, много принимается внутрь себя. Поджанры плодятся быстрее лабораторных кроликов, тренды вспыхивают и гаснут.

На фоне этого музыкального фестиваля вкуса и фейерверка впечатлений, есть одна ретро-тенденция. Не сказать даже «возникшая» — она шла особой тропой. Тихой сапой развивающееся отдельное течение. Неоклассика — исходящая из классической, модернистской, авангардной. Стравинский, Джон Кейдж, Штокхаузен, Шнитке, Райх, Ксенакис и умопомрачительно многие другие передали наследие дальше — Hauschka, Ólafur Arnalds, Nils Frahm, Jóhann Jóhannsson…

Классическая музыка всегда стояла особняком, противопоставляясь поп-музыке (и поп-культуре) как «музыка для ума». У неё было своё место и предназначение: так для развлечения смотрят инстаграм, а за искусством ходят на выставки. Так вот, если просто музыка — фон для любых занятий, то классическую музыку слушают скорее по «особым поводам», или люди «особого типа» — условно говоря, аристократы, интеллигенция.

Но сейчас заметен рост и выделение поклонников классической музыки из какой-то интеллектуальной Касталии в более широкие и менее претенциозные массы. Не то чтобы классика исчезла, а теперь изображает феникса. Кинематограф, например, как использовал, так и продолжает использовать музыку классических композиторов. Hans Zimmer, Bernard Herrmann, Danny Elfman, Alan Silvestri… Более того, наряду с разнообразными жанрами и поджанрами indie, несколько лет назад сформировалось понятие инди-классики (indie classical, contemporary classical, neo-classical, nu-classical и ещё с десяток вариаций). Имея куда более глубокие корни, чем все R’n’B и хип-хопы мира, неоклассическая музыка уже вовсе не спрятана под завесой элитарности. Из примеров можно привести такие имена как Max Richter, Hauschka, Nils Frahm, Nico Muhly, из более взрослых — Terry Riley, Steve Reich, Philip Glass.

Одновременно с самостоятельным развитием классической музыки, её заимствуют и другие жанры. Вспомним хотя бы The Orb и их потрясающую Little Fluffy Clouds, с сэмплом из Steve Reich. Jonny Greenwood, гитарист Radiohead, также является неоклассическим композитором. О границах с эмбиентом можно в целом и не говорить. Преемственности и заимствований из классики в музыке за последние десятилетия стало больше.

Вследствие этого, если раньше классическая музыка стояла особняком, будучи уделом либо снобов, либо, так сказать, «интеллектуальной элиты» (фактически, тех же снобов), то сейчас она обрела своё место под демократичным солнцем музыкального многообразия. Слушать классику — всё меньше и меньше некая поза или заявление, и всё больше — исключительно о музыке, как этому и пристало быть. Такое взаимное проникновение классики и массовой культуры сейчас всё больше расширяет вкусовой диапазон нас как слушателей. Электронная и неоклассическая музыка уже издаются на одних лейблах, например, Erased Tapes и FatCat.

Из интересных вещей, которые также происходят в этом направлении, стоит отметить то, как старые музыкальные традиции переносятся и получают новую интерпретацию в технологических и музыкальных реалиях 21-го века. Классика Вивальди получила новую жизнь в Recomposed by Max Richter: Vivaldi — The Four Seasons, а Ólafur Arnalds всерьёз принялся за Шопена.

Музыка — мало того, что сама по себе одно из самых динамичных искусств, — ещё и развивается во времени со всё увеличивающейся скоростью. Прекрасно, что в этом безудержном стремлении вперёд есть место для переосмысления и заимствования из лучших исторических образцов.